А вот и Вы!
Спасибо, что зашли на Liwli.ru!
Значит, не зря мы публикуем
для вас самое интересное
каждый день!





«Нравится» - чтобы читать Liwli.ru в Facebook
«Поделиться» - чтобы увидели друзья
«Сохранить» - чтобы прочитать позже

ТЕМЫ

Отношения Стиль жизни Семья и дети Животные Мир Путешествия Творчество Знаменитости Интерьер и дизайн Здоровье Еда История

ЧИТАЙТЕ LIWLI.RU В СОЦСЕТЯХ

Facebook Twitter ВКонтакте Одноклассники Google+

ВХОД

Войти через FacebookВойти через TwitterВойти через ВКонтакте
Присоединяясь или входя
через социальную сеть, вы принимаете
Пользовательское Соглашение
ТОП Тренды Новое Темы Видео
ОТНОШЕНИЯ

Госпиталь

О методах воспитания
Госпиталь
За окном по-летнему жаркий сентябрь. Луч солнечного света через щель в занавесках, буквально, протискивается сквозь душную аптечную атмосферу неврологического отделения госпиталя и провоцирует чихнуть, упершись прямо в переносицу одного из двух обитателей палаты.

За окном по-летнему жаркий сентябрь. Луч солнечного света через щель в занавесках, буквально, протискивается сквозь душную аптечную атмосферу неврологического отделения госпиталя и провоцирует чихнуть, упершись прямо в переносицу одного из двух обитателей палаты. Это меня. Ведь как писал А. П. Чехов: «Чихать никому и нигде не возбраняется. Чихают и мужики, и полицмейстеры, и даже иногда тайные советники. Все чихают…». В носу приятно защекотало, но все-таки организму чего-то не хватило, для осуществления безусловного защитного рефлекса. И я, по совету медсестры, лежу на кровати головой от окна, развернувшись ногами на подушку для того, чтобы чередовать руки при осуществлении внутривенного вливания лекарств через инфузионную систему (капельницу в простонародье), коих мне понавыписывали в безумном количестве после всевозможных анализов и процедур. Но со мной, в общем-то, уже все в порядке. Бессонница и депрессия улетучились. И в отличие от остальных участников лечебного процесса переполненного отделения, я не мычу, не заикаюсь, а прекрасно разговариваю, чудесно слышу, всех узнаю и все понимаю. И вообще - я отдыхаю, продлевая себе отпуск в городе, в котором живет моя семья. Итак, меня зовут - Алексей. Лежу в ленивом полудреме, находясь как будто под гипнозом от монотонно стекающих капель препарата по трубочкам системы. Она закреплена на штативе, как раз на уровне моих глаз. Блаженство и покой, вперемешку с лечебным снадобьем, растекаются внутри и постепенно наполняют меня, чуть-чуть поддавливая на мочевой пузырь. Все прекрасно, голова слегка кружится, и сознание выискивает в мозгу воспоминания с похожими ощущениями, перенося меня к событиям месячной давности…

…С трудом открыв глаза со сна, я перевернулся набок. Летний утренний рассвет, роса на спальнике и тишина… Оглушительная тишина. Пикник на обочине удался. Взгляд утыкается в пустую бутылку из-под коньяка в траве. Несколько разнокалиберных кружек и солдатский алюминиевый котелок сгрудились на расстоянии вытянутой руки. В ногах надо мной нависает весь в пыли и утреннем тумане уже ставший родным ЗИЛ-131. Старичок - по машинным понятиям, и, наверное, мой ровесник. А ведь мне 43. Но он наш спаситель, который с барахлившим в перегретом состоянии бензонасосом, приволок наши ж..жесткие тела, способные вот так спать, без ощущения дискомфорта, прямо на асфальте или грунтовой дороге, - сюда на ночлег в неизвестное и тихое местечко на съезде с трассы Мелитополь – Херсон. Вывез из чертового ада обстрелов и боев. И кстати, вчера мое подразделение вырвалось из окружения. Мобилизованные солдаты, а других впрочем, и не было, пересели в автобусы и умчались в воинскую часть - на восстановление боеспособности и в отпуска. А кадровые, мобилизованные офицеры и прапорщики, вместе с водителями добираются на своем штатном, уже боевом, автотранспорте. Но усталость и ночь заставили колонну техники свернуть на ночевку. И на сон грядущий мы устроили при свете фар скромный ужин. В небольшой компании перекусили армейским сухим пайком, и, как по волшебству, один из наших прапорщиков достал из-за пазухи бутылку коньяка, которую умудрился купить на трассе в сельском магазине. Впрочем, грандиозного карнавала не получилось. Изнуренные организмы воинов быстро захмелели и отключились сном до восхода солнца. И вот теперь, после ночного отдыха, вся наша кавалькада вознамерилась по-солдатски быстро и скромно позавтракать и рвануть в дорогу, чтобы засветло приехать в свою часть и может даже еще сегодня успеть упорхнуть в положенный отпуск.

Есть такой старый анекдот, когда уставший и голодный муж вечером после работы вваливается домой с вопросом к жене, мол, что она ему приготовила. Жена, стоя в прихожей и поправив красивый передник - отвечает: «Песню!».

Да, мой родной город, в коем прожил я ни много, ни мало, а 38 лет своей жизни, встретил меня и всех моих боевых товарищей толпами народа под КПП (контрольно-пропускной пункт военной части) с музыкой, песнями и цветами. И было это безумно приятно и очень трогательно! И мы грязные, чумазые и в страшных лохмотьях, сверкая слезами на глазах и белозубыми улыбками, разбредались по домам, сдав оружие, в законные 5-ти дневные отпуска.

Реакция человеческого организма, «напитавшегося» впечатлениями войны, похожа на пса, который после ночных бдений на морозе еще долго дрожит, лежа у батареи на теплой кухне, выгоняя из своего тела холод. Что-что? Вы говорите, что человек человеку рознь? Вы абсолютно правы. Последствия участия в военных событиях у всех проявляются по-разному: Кто-то, отмотавши во всех отчаянных мясорубках боевых столкновений почтенное время, ударяется во флористику, например, или религию. Кто-то, кто для получения статуса УБД (участника боевых действий) заезжает в составе военного конвоя в сектор проведения АТО (антитеррористической операции) всего-то на 15 минут, попадает под обстрел и приобретает на нервной почве эпилептические припадки на всю оставшуюся жизнь. А кого-то, кто умудрился никуда не вляпаться вообще, в мечтах, во сне или по пьяной лавочке - тянет прихвастнуть чужими боевыми историями и байками. Единого алгоритма нет. И организм – штука сильная и хитрая. Но, тем не менее, ничто не проходит бесследно, а уж тем более последствия войны.

Почти недельный отдых пролетел абсолютно незаметно. И выход «холода» военных впечатлений у отпускной домашней «батареи», катализируемый внутренним неприятием той мысли, что оказывается - война не везде, нелегко давался воинам на побывке. Поэтому очереди военнослужащих к всевозможным врачам выросли до размеров мавзолейных.

И тут, мне кажется, необходимо пояснить несведущим некоторые малоизвестные тонкости про ранения. Военная медицина может достаточно эффективно лечить раненного бойца. И для этого в военных госпиталях по стране есть своя специализация. Но при этом, в историю болезни внести информацию, что недуг является ранением, даже при условии доставки пациента в приемный покой непосредственно с поля боя, без результатов служебного расследования – невозможно. А расследование каждого случая ранения проводится по двум приказам командира воинской части. При всем притом, пояснения, по процедуре следственных действий, пишут как непосредственный командир объекта расследования, так и как минимум, два свидетеля события. Короче говоря – бюрократия еще та. Поэтому я думаю, что в подземном переходе не каждый безногий попрошайка в камуфляже сможет предъявить официальную справку о ранении.   

Отстояв в очереди к терапевту, без преувеличения, из полусотни коллег, я получил направление в неврологическое отделение военного госпиталя в Одессе.  Безо всяких проволочек, в тот же день я умчался к семье. И с утра следующего дня я уже въехал в палату №21, которая располагалась на 2-ом этаже, окнами во внутренний дворик. Лекарства, процедуры, анализы и прочее – все за счет государства. И вдобавок к привилегиям, меня, как офицера, положили в 2-х местную палату. После чего, одинаково монотонные, как будто под копирку, и ужасно счастливые госпитальные дни во время войны плавно потекли медовым сиропом, слегка досаждая легкой болью от катетера на сгибе правой руки и легкими угрызениями совести по поводу невольного и такого желанного отлынивания от воинской службы.

- Доброе утро, будем ставить капельницу! – дежурная медсестра вломилась в палату, громыхая металлическими штативами.

- Доброе утро, Наташа, - промямлил я, - у меня уже рука болит от уколов, - нарочито капризно в шутку заныл я. 

- А вы развернитесь на кровати и ложитесь, ногами к окну. Я тогда смогу вам поставить капельницу на другую руку, - говорит мне Наталья, подходя к окну, - а занавески я сейчас задерну, и солнце в глаза светить не будет.

После манипуляций с занавесками, жгутом, штативом и иглой, медсестра ушла, а блаженство начало постепенно переползать из системы ко мне в вену и мозг…

Сегодня очередное чудесное утро. И врач на обходе констатировал хорошие результаты лечения и скорую выписку. Но ни сигнал о завершении целительного отдыха, ни даже медсестра со своими «орудиями» лечения - не в состоянии испортить мне настроение. Интересно, что же это все-таки такое, веселящее, мне колют? Какой-нибудь физраствор или витамины, и наверняка с антидепрессантом.

                                                                                            

15.01.2016г.

Поделиться в FacebookПоделиться в ВКонтактеПоделиться в OK
Мы в соцсетях: Facebook, ВКонтакте, Однокласники
Нравится!
Что вы об этом думаете?
Комментарии: 0

Комментарии

Еще в тему:

Настоящая женщина – это тыЖена и любовница: исповедь женатого мужчины10 вещей, которые зрелая женщина не сделает ради любви

Это интересно!

5 мудрых притч о деньгах и о том, что за них не купишь
5 грехов Эльвиры Набиуллиной
Сколько весит миллион
Лучшие чиновничьи перлы про деньги и экономику

Дальше больше!

Видео

Расскажите свою самую интересную историю

На Liwli.ru это по-настоящему просто! Для всех!

ВХОД