ВХОД
Войти через одну из соцсетей
ВОЙТИ ЧЕРЕЗ FACEBOOK ВОЙТИ ЧЕРЕЗ ВКОНТАКТЕ
Регистрируясь или входя вы принимаете Пользовательское соглашение и Политику конфиденциальности
      
Присоединяясь или входя,
вы принимаете Пользовательское Соглашение
ОТНОШЕНИЯ

Недоразумение Часть 2

2019-09-13 Недоразумение Часть 2
Недоразумение Часть 2
Устой традиций надо соблюдать,
пускай не раз ответят вам отказом.
Конечно, дама может и не дать,
но предложить ты ей всегда обязан.
Игорь Губерман
5 5 596 13.09.2019
Устой традиций надо соблюдать,
пускай не раз ответят вам отказом.
Конечно, дама может и не дать,
но предложить ты ей всегда обязан.
Игорь Губерман

Внезапно, так бывает, Семён почувствовал слияние сна с реальностью. 

Эротическое напряжение достигло предела и вот-вот грозило разразиться взрывом. Непонятно как, но он проснулся.

Семён вскочил с постели, даже не попытавшись отыскать тапочки, и побежал в ванную,  надеясь успеть прежде, чем наступит финишный аккорд.

Эпилог случился раньше, чем он ожидал. 

Пришлось опростаться в кулак, затем спешно, крадучись, спешить под душ. 

Семён не хотел, чтобы Регина проснулась от резкого запаха семени, аромат которого тут же расплылся облаком по всей квартире. 

То, что жена тоже не спит, он и не заметил — скомканное одеяло напоминало её распластанное тело.

Хотя супруги и прожили вместе почти тридцать лет, часть интимных секретов ими обоюдно скрывались. В частности постыдный способ самоудовлетворения. У Регины постоянно случались проблемы со здоровьем: месячные, головные боли, усталость, плохое настроение.

С возрастом у них увеличилась необходимость иметь личное сокровенное пространство, в которое вход посторонним строго воспрещён.

Возможно, потребность иметь маленькие секреты и сыграла с супругами злую шутку. В молодости они спали на односпальной панцирной кровати, умещаясь в ней только в обнимку.

Они соприкасались друг с другом всегда, когда находились в постели. Засыпали и просыпались, переплетаясь телами и конечностями, впитывали обоюдно запахи и интимный пот. Фактически, они обменивались внутренними средами до степеней смешения, образуя нечто единое, целое.

Со временем пришлось по настоянию жены купить полутораспальную постель, а год назад, изготовленный по заказу сексодром шириной больше двух метров.

Ночью теперь они спали на расстоянии около метра, даже не ощущая присутствия второго тела, не говоря уже о запахе и энергии желания. Чтобы чего-то захотеть, нужно было сначала договориться, подготовиться и только тогда…

Семейный бюрократизм породил постепенно интимную лень, убивая помаленьку взаимное тяготение.

Что с ними происходит? Неужели это и есть старость? Для чего же тогда люди сходятся в шестьдесят и даже семьдесят лет?

Семён мылся под горячим душем и страдал. Не столько физически, сколько духовно.

Телесную разрядку он вроде бы получил. Тогда отчего вместо окрыления после случившегося оргазма, кажется, так называют извержение семени, внутри у него образовалась пустота и желание выть по-волчьи?

Неужели оттого, что виртуальная жена, ублажавшая его этой ночью, к нему безразлична? Ведь она его не хотела. Ей было наплевать на нежное отношение Семёна, его непременное желание угодить, доставить удовольствие, прежде всего партнёру, а не себе.

Когда и отчего с ними произошла эта страшная перемена? Ведь они с Региной так любили друг друга.

Страшные в своём безразличии и жестокости слова, — это уже было… 

— Что именно было? Всё? Выходит, что с нами уже всё-всё важное произошло и совсем ничего нет впереди? Тогда, зачем жить вместе? Разве не честнее будет отпустить меня в свободное плавание? — Думал Семён.

Если Регина настолько постарела, что Семён ей больше не нужен, может быть разбежаться, или завести шашни на стороне?

— Интересно, а как там живёт Людмила, — мелькнула мысль, — ведь и их семейная жизнь календарно приближается к трём десяткам совместно прожитых лет? Наверняка и их обуревают те же проблемы. Жизнь ведь состоит из одних и тех же модулей. Скорее всего, каждому возрасту соответствуют одинаковые проблемы.

— Нужно узнать, что, если Людка живёт одна? Бросить к чёртовой матери Регину, которой я нафиг не нужен, и…

Семён вспомнил, как они тогда здорово кувыркались. Такого азарта больше никогда не было. Словно Виагры принял целую упаковку зараз. 

Так, то молодость. Теперь от такого сладкого блюда можно и копыта откинуть. И всё-таки, как было бы здорово повторить ту симфонию чувств.

Или лучше поискать кобылку моложе себя, лет на двадцать, у которой ещё не всё было?

— Дурак ты, Сёма! Про Синюю Птицу, размечтался. Добро пожаловать в реальность нового возраста. Всё когда-то проходит. И это непонятное состояние рано или поздно закончится. Теперь кулак всё чаще будет твоей новой любовницей. Обидно. Живёшь-живёшь и вдруг, бац, вторая смена… И опять ко всему новому привыкать.



В это самое время Регина тоже не спала. Страдала, кляня свой скверный характер и привычку отвечать прежде, чем подумает.

Она готовилась к этому дню, мечтала доставить мужу удовольствие. Ведь вчера была пятница — день разрешённого секса, установленный ей не так давно.

В субботу можно как следует отоспаться, прежде чем приступить к обычному распорядку выходного дня, когда нужно сделать генеральную уборку, постирать, выгладить и сготовить еду на все выходные.

После такой насыщенной программы не до секса. В остальные дни нагрузка и того больше. Нужно себя беречь. Не дети уже.

Вот когда были моложе, тогда другое дело. Теперь возраст не дозволяет резвиться когда угодно. Приходится подстраиваться под обстоятельства, диктуемые физиологическими изменениями. Ничего не поделаешь.

Регина совсем не собиралась вчера отказывать мужу. Наоборот, думала устроить незабываемый праздник плоти. Тем более что никто из детей приходить в этот день в гости не собирался.

Что случилось, отчего она так категорично отказала Семёну, сама представления не имеет. Спонтанная реакция, непредвиденное раздражение.

Видимо нажал нечаянно некую безликую кнопочку, перемкнувшую невидимые контакты в мозгу, вызвавшую ответ, которого сама не ожидала.

Что это за тумблер, Регина ума не приложит. Сорвалось с языка, а обратный ход дать гордость не позволила.

Теперь переживает, мучается, придумывает, как исправить положение.

Извинение не подходит, характер не изменишь. А ведь любит она Семёна, по-прежнему испытывает неодолимую тягу, потеет, горя желанием близости, выделяет спонтанно смазку, запускающую цепную реакцию страсти, стоит только к нему прикоснуться или подумать о близости.

Вот и сейчас представляет в уме череду ласк, ощущает их физически, рисуя художественное полотно совокупления в красках, переживает эмоции настолько живо, словно всё происходит наяву.

Регина вспомнила обстоятельства знакомства, чувства, которые разгорались подобно пороху, первые неловкие объятия, поцелуи. С Семёном всегда было хорошо, он умел ухаживать.

Воспоминания разогрели её чувственность, ужасно хотелось разбудить мужа, сказать, что не хотела его обижать. 

Кто бы поверил. Сказать можно что угодно.

Она дотронулась до его плеча. Муж что-то промямлил нечленораздельно, перевернулся на другой бок. 

Регине стало неловко и стыдно от похотливого желания.

Сон никак не шёл. Невыносимо захотелось реальной близости. 

Женщина положила руку между ног, закрыла глаза. Ей виделось, как Семён целует, оглаживает нежно живот, возбуждается, ласкает губами и пальцами там, где сейчас находилась рука.

Она ненадолго провалилась в сон, где начиналось продолжение свидания, но как только муж в видениях пытался дотронуться до средоточия желаний, Регина просыпалась.

Возбуждение росло. Она начинала ласкать своё тело самостоятельно, впадала в забытьё, опять смотрела свой сон с самого начала, но только доходило до главного, как он прерывался. И так несколько раз.

Заснуть по-настоящему никак не удавалось.


Регина встала, пошла на кухню. Решила исправить положение по-своему, по-женски: начала готовить мясо по-русски с сушёными грибами в сметанном соусе.

Привычные действия отвлекли на время. Сейчас она сделает великолепное блюдо, накроет стол и пригласит мужа на праздничный завтрак.

 

Повод? Она же любит его. Значит, примирение и секс. Всё выйдет просто замечательно.

 

Приготовление заняло много времени. Семён встал, пошёл полоскаться под душем... и снова лёг спать.

 

Ну и ладно. Она подождёт. Ничего страшного не случилось. Человек устал за рабочую неделю. Пусть выспится, как следует, накопит сил.

Регина накрыла готовое блюдо несколькими слоями тёплых одеял, чтобы не остыло, и принялась готовиться к примирению. Мысленно.

 

Чего она только не придумывала. Пробовала, так и этак уладить нечаянный конфликт. Репетировала перед зеркалом.

В конце концов, план вызрел, Регина пошла будить мужа. Но сначала переоделась в прозрачный пеньюар, который не надевала несколько лет. В нём давно пропала надобность.

Способом реанимации был избран поцелуй. Чем же ещё извиняться перед любимым?

Семён недовольно открыл глаза, сделал удивлённое лицо, увидев жену в нестандартном обмундировании.

— Кажется, мы ни о чём не договаривались. И потом, у нас ведь уже всё было, ты сама так выразилась.

— Да-да, ты прав. Конечно, я сказала. Хотела сказать, не совсем так, но. Просто вчера... вчера я погорячилась. Была раздражена не в меру. Сама не понимаю отчего. Ты же знаешь, так иногда бывает. Очень хочется исправить ту неловкость. Я встала пораньше, приготовила праздничный стол. Сейчас мы поедим, выпьем немного вина и сделаем то, о чём ты вчера мечтал, мой милый.

— Что ты имеешь в виду? Ах, да. Извини, я очень плохо себя чувствую. Сегодня мне не до секса. Извини. 

 

Он бы с удовольствием ответил иначе. На самом деле даже обрадовался, сначала. Но пятьдесят лет — не двадцать. Он уже сбросил накопленную энергию, сдулся. На большее его просто не хватит.

Ну, почему всегда выходит не так, как хочется? Она ведь не поймёт реальную причину отказа, а сказать правду — немыслимо. Придётся врать до конца.

— Ну, ладно, Сёмочка, пусть будет так, мы просто поедим вкусненького, поговорим о нас, вспомним, какой страстной была наша любовь. Ты ведь любишь меня, правда?

— О чём ты спрашиваешь, дорогая! Видимо, у меня давление. Немного подташнивает. Ничего, может быть, к вечеру оклемаюсь. А есть не могу. Сама видишь.

Регина сделала понимающее лицо, принесла таблетки от давления и ушла на кухню.

 

Там она немного посидела, силясь не разреветься, что никак не удавалось. Слёзы бежали сами собой. 

 

Регина достала из холодильника бутылку водки, хлопнула, не морщась, большущую рюмку, без закуски, размазала по щекам слёзы, которые полились рекой.

Кто знает, может у него кто-то есть?

Семён включил телевизор, но думал о жене. О том, что одна дребедень цепляется за другую, создавая всё новые проблемы. Он решил, что обнять и поцеловать жену, мать его детей, не может помешать никакое давление.

 

Ведь в конфликте есть и его вина.

Увидев заплаканное лицо и водку, понял, что опоздал.

— А налей-ка и мне чуток. Не помешает. Выпьем, как бывало, поговорим.

— Пей. Кто тебе не даёт. Кто она? Я её знаю?

— Ты о чём, Региночка?

— Не притворяйся. За что, почему? Она моложе меня, красивее? Безотказная и нежная? Какая она, хочу знать? Какой же ты подлец, однако!

— Да нет у меня никого. И не было. Никогда.

— Не ври! Слышишь, не смей мне врать. Да, я такая, могу и отказать. Но ты, ты-то меня всегда хотел. Всегда! Считаешь, что я совсем дура, из ума выжила? Нет! Я тоже найду любовника. А развода тебе, всё равно не дам. Обломаешься. Мучайся со мной до конца своих дней. А гулять, от тебя, буду. Назло.

Регина налила водку в стакан, почти треть, и выпила залпом.

 

Ей моментально стало плохо, голова закружилась. Из недр желудка поднялась волна тошноты и горечи. Она заревела ещё громче, выблевала всё прямо на стол, забилась в истерике.

Семён успокаивал, как мог. Жена сопротивлялась. Наконец, удалось отнести её на постель, что было совсем не просто — Регина уже давно не тростиночка.

 

Несколько часов мужчина откачивал свою даму, заставлял пить тёплую сладкую воду, чтобы отрава из организма вышла рвотой. Он целовал её, обнимал, ласкал.

Понемногу Регина успокоилась, затихла, потом и вовсе заснула.

Семён вытер пот, улёгся рядом. Всё-таки он её очень любит.

Подумаешь, не дала. Разве это проблема? Зато, хозяйка хорошая. Не изменяет. На кой чёрт менять шило на мыло? Стрый друг лучше новых двух.

— Приспособлюсь как-нибудь. Спи. Всё было. Да ничего ещё толком у нас с тобой не было. Только-только соображать начинаем. А истерика, ревность… Дурак я, право слово. Значит любит. Выспится и скажу, всё, что думаю. Нам не жить друг без друга.

 

Валерий Столыпин 

Что вы об этом думаете?

Комментарии: 5
Вход
Галина ∙ 13.09 06:45 ∙ #
Хорош романтический ужин, ничего не скажешь)))
Хорош романтический ужин, ничего не скажешь)))
Валерий
13.09 07:31 ∙ #
Как в песне: так уж бывает, так уж выходит...
Как в песне: так уж бывает, так уж выходит...
Галина
13.09 19:34 ∙ #
Вы еще и поете? А на гитаре играете?
Вы еще и поете? А на гитаре играете?
Irina ∙ 13.09 07:11 ∙ #
Браво, Валерий! )) Снимаю шляпу, как говорится...)) а главное реакция жены, ну очень знакома...а вы психолог, батюшка...)) ай да молодец! Очень понравилось, очень, настоящее, живое...
Браво, Валерий! )) Снимаю шляпу, как говорится...)) а главное реакция жены, ну очень знакома...а вы психолог, батюшка...)) ай да молодец! Очень понравилось, очень, настоящее, живое...
Валерий
13.09 07:35 ∙ #
Спасибо, Ирина, за оценку! Иногда что- то говоришь, рассказываешь, а на тебя смотрят, словно с луны свалился. Ты-то сам знаешь, о чём думаешь и какой реакции ждёшь, а собеседник даже не догадывается. А реакция и вовсе вещь непредсказуемая: хочешь сказать - Люблю, а из уст вылетает - да пошла ты.
Спасибо, Ирина, за оценку! Иногда что- то говоришь, рассказываешь, а на тебя смотрят, словно с луны свалился. Ты-то сам знаешь, о чём думаешь и какой реакции ждёшь, а собеседник даже не догадывается. А реакция и вовсе вещь непредсказуемая: хочешь сказать - Люблю, а из уст вылетает - да пошла ты.
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Подпишитесь на уведомления о новых комментариях к посту
Вход